Во саду ли, в огороде...

Сейчас на сайте

На даний момент 64 гостей на сайті
Besucherzahler singles
счетчик посещений


Designed by:
SiteGround web hosting Joomla Templates
PDF Друк e-mail
История Никопольщины - XVIII-XIX века
Неділя, 15 січня 2012, 17:10

Тороп С.О.
Биолог, краевед
г. Никополь, Украина

Биография

Материал предоставлен в авторской редакции


Никитинская таможня


Великая переправа


С древнейших времен расположенная в районе Старой части нашего города переправа, названная много столетий спустя Никитиным перевозом, имела важнейшее стратегическое значение - установление контроля над данной местностью позволяло не только занимать доминирующие позиции в регионе, но и контролировать транзитные водные потоки, получая колоссальную прибыль от развития торговли и расширения торговых связей с соседними странами и народами.


Еще во времена Великой Скифии в окрестностях Новопавловки, сел Капуловки и Покровского возникли скифские поселения, а на месте Никитиного Перевоза существовала Никитинская переправа, обеспечивающая бесперебойную поставку криворожской железной руды в Каменское городище (на территории современных сел Каменка и Великая Знаменка Запорожской области). Даже в III веке до н.э., когда скифы вынуждены были оставить большую часть Нижнего Приднепровья и перенести столицу в Крым (в Неаполь Скифский), они продолжали удерживать за собой узкую полоску Днепра, включая часть Каменского городища и расположенную на территории современного Никополя переправу.

Никитин Перевоз и место расположения Никитинской Сечи
на карте штурмана Киприянова. 1761 г.


В V-VIII веках эта территория входила в состав так называемого «пути из варяг в греки» - важнейшей транспортной артерии, связывавшей Северную Европу и Русь с Византийской империей. Через переправу в Константинополь (Царьград) следовали меха, зерно и другие товары. Она находилась на пересечении Греческого и Соляного путей, начинавшегося из Крыма.


Прилегающая к Никитиному Рогу акватория Днепровских плавней.
Карта 1894 г.


В XVIII веке, в связи с ростом экономики Российской империи и увеличением вывоза товаров через южные порты, значение Никитинской Переправы еще более возросло. По этой причине создание на ее месте в начале 1776 года Никитинской таможни имело для селения Никитино (оно находилось на пересечении водных и сухопутных путей) очень большое значение. За нашей местностью окончательно закрепился статус одного из самых важных транзитных центров. Был дан новый импульс для развития экономики и торговли нашего региона.

 а

Мостовой сбор


Что представляла собой Никитинская переправа? Она располагалась практически в самом центре Днепровских плавней, которые простирались на 240 км (от южной оконечности острова Хортица и почти до самого устья Днепра) и имели максимальную ширину до 25 км. Наиболее узкая часть Днепровских плавней (от 3 до 4,7 км) находилась на условной линии от Старой части современного Никополя до Каменки-Днепровской (левобережье). Она была образована вследствии геологических выходов Приднепровской каменной гряды.


Окончательно контуры просуществовавших вплоть до середины ХХ века Днепровских плавней, сформировались в эпоху мезолита (около 10 000 лет назад), когда последний ледник отступил далеко на север.

Никитин Рог на карте Генерального штаба Советской Армии. 1944 г.


Уже в историческое время в окрестностях нынешнего Никополя находилось три переката: Каменский (длиной около 600 м, глубиной 1,2 м), Нижне-Каменский (500 м и 1,2 м соответственно), Британский - при острове Британ (300 м и 1,1 м). Течение перемещало эти перекаты, изменяло их параметры и количество, но возможность перехода Днепра в районе Старой части современного Никополя всегда оставалась неизменной. Данное обстоятельство еще в IV веке до н.э. способствовало организации именно в этом месте переправы, которая со времен запорожских казаков называлась Никитинским Перевозом. Следует отметить, что интенсивность торговых потоков в разные времена отличалась, но даже в самые трудные периоды они окончательно не прерывались, поэтому надобность в функционировании переправы никогда не исчезала.


Имеются многочисленные сведения о том, что еще жившие в районе переправы казаки взымали с приезжих чумаков, купцов и торговцев так называемый «мостовой сбор» - плату за переезд через Днепр.



Казаки Покровской (Новой) Сечи
Рисунок Торопа С.О.


По свидетельству известного исследователя истории запорожского казачества Дмитрия Яворницкого, для этих целей на Сечи существовала специальная служба, состоявшая, главным образом, из представителей казачьей верхушки. В ее состав входили шафари и подшафари, писари и подписари. Запорожцы брали плату с каждого воза и за каждое переправляющееся через Днепр животное. Размер «мостового сбора» зависел от целого ряда факторов, поэтому вполне естественно, что плата была разной. Так, в середине XVIII века с каждого пустого воза брали от 1 до 1,5 копейки, с нагруженного - от 2 до 10 копеек. Плата за конвой бралась отдельно, причем «удовольствие» это было не из дешевых. Например, сопровождение до Кодака стоило 12 рублей. Для того времени это были весьма солидные деньги, но многие купцы и торговцы соглашались платить за такой «сервис», так как следовать в сопровождении конвоя по неспокойным землям приграничья было гораздо безопаснее. Как гласит народная мудрость: «Скупой платит дважды».


Дорога из Никитино в Кодак
Рисунок Торопа С.О.


Жившие в Никитино запорожцы и сами занимались торговлей. В дневнике секунд-майора Мироянова от 22 августа 1755 года имеется следующая запись: «От Никитинской Заставы, где через Днепр переправлялись, а по перевозу на татарской стороне усмотрено им у Каменного Затона на татарской земле купеческим промыслом торгуют запорожские казаки до 30 шалашей. Казаки также продавали лошадей и снаряжали экспедиции за солью».


Стабильному развитию торговых отношений мешала близость границы с татарскими землями. Нападения татар и ногайцев на «людей, от торговли живущих» были нормой, как и вооруженные столкновения последних с запорожцами. 11 декабря 1733 года кошевой атаман Белицкий жаловался: «И ныне от ногайцев нападения имеем, которые с той стороны Днепра льдом переходя вверх Днепра великую нашим козакам досаду (убытки - автор) чинят».


Казацкая старишина. Рисунок XVII в.


В 1743 году Коллегии иностранных дел доводилось рассматривать немало жалоб от запорожцев и российских купцов на «своевольства крымцов» (крымских татар). Дважды, в 1752 и 1754 годах, в селении Никитино создавалась специальная комиссия для разрешения запорожско-татарских приграничных конфликтов.

Казацкая сабля


Эти конфликты создавались не без ведома крымского хана, не желавшего прохождения основной массы торговых потоков через Никитинскую переправу. Не в его интересах было и усиление позиций как запорожцев, так и правительства Российской империи в регионе, что рано или поздно позволило бы им установить полный контроль над всей иностранной торговлей.


Позиции крымского хана усиливались тем, что за его спиной стоял могущественный турецкий султан. Поскольку в то время для ведения масштабной войны с Османской Портой у Российской империи еще не было достаточно сил, она стремилась решить все споры дипломатическим путем и стабилизировать границу на юге. Однако такое положение вещей рассматривалось лишь как временное. Уже в 50-е годы XVIII века возникла идея о строительстве в селении Никитино порта для иноземных кораблей и учреждении Никитинской таможни. Реализовать ее удалось лишь два десятилетия спустя.


Казак-пушкарь
Рисунок Торопа С.О.


Вымышленное представление


В результате длительных переговоров, проходивших в селении Никитино, в мае-июле 1754 года было принято решение о выдаче всем проезжавшим через границу лицам, как с татарской, так и с запорожской стороны, специальных «печатных билетов», дабы не было «бродяг беспаспортных».


Это был очень важный шаг к регулированию приграничного сообщения и упорядочению торговли. Коллегией иностранных дел был назначен переводчик с турецкого и татарского языков, в обязанности которого входила проверка документов иностранных подданных, выдача «печатных билетов», перевод всех документов, которые присылались Кошу из-за границы.


   


Печати Самарской, Кодацкой и Орельской паланок


Согласно инструкции, действовать ему надлежало «без удержания и без волокитно». Переводчик непосредственно подчинялся Никитинской заставе. Вполне возможно, что последняя находилась не в селении Никитино, а поблизости от него. Так, в одном из документов, относящихся к времени Новой Сечи (1734-1775 гг.), сказано: «Капитан Григорьев от Никитинской Заставы приехал к Никитинскому перевозу, который состоит расстоянием верстах в пяти». Поскольку 1 верста соответствовала 1,06 км, то выходит, что заставу отделяло от перевоза чуть более 5 км.


Место, где находилась Никитинская Сечь, обозначено как «Городокъ».
Карта 1801 г.



Место, где находилась Никитинская Сечь (обозначено кружочком) на современной карте г. Никополя


Здесь уместно провести аналогию с Никитинской Сечью, которую долгие десятилетия многие историки размещали не на территории современного парка Победы, а непосредственно на Никитином Роге.

      

Казацкий пернач и булава


Казалось бы, от выдачи «печатных билетов» до учреждения таможни оставался всего один шаг, однако сделать его оказалось совсем не просто. Первый назначенный Коллегией иностранных дел переводчик Федор Семенов оказался весьма наблюдательным и деятельным человеком. Помимо своих прямых обязанностей, он также занимался сбором информации о военных приготовлениях Турции и Крымского ханства.


Был в инструкции и такой пункт: «Ежели при сем порученном вам деле, что предусмотрите к пользе Ея Императорского Величества, об этом представить со всяким обстоятельством».


На основании данного предписания Федор Семенов в январе 1755 года отправил в Коллегию «Проект о пристани морских судов при Никитинской Заставе». Переводчик подробно описал путь, по которому на Сечь следовали купцы, условия судоходства на Днепре, благоприятные периоды для навигации.


Переводчик Федор Семенов
Рисунок Торопа С.О.


Свой проект он заканчивал такими словами: «И когда здесь в Никитинской Заставе таким образом распространится купечество, то по способности времени и обстоятельств и красоте места здешнего можно будет построить город и таможню учредить, то в казну Ея Императорского Величества не малая прибыль интересу будет. Что же касается доходов кошевого с куренными, убытков им никаких не будет и здесь тоже могут получать, как и там и останутся без озлобления, ибо здесь, при Никитинской Заставе, их перевоз имеется».
 

Однако казацкая старшина, получавшая основную прибыль от сборов платы с купцов, придерживалась совсем другого мнения по поводу возникновения недалеко от перевоза города и таможни.


Реализация проекта Федора Семенова грозила лишить ее большей части доходов, ибо в случае учреждения таможни все деньги направлялись бы в центральную казну. Желая не допустить этого, кошевой атаман Григорий Федорович 21 февраля 1755 года направил письмо, в котором назвал проект «вымышленным представлением». Он просил его «уничтожить и ему переводчику в том отказать». Но, похоже, предложение об учреждении таможни всерьез заинтересовало правительство.


Кошевой атаман
Рисунок Торопа С.О.


Тогда, в 1758 году, запорожцы направили императрице Елизавете (1741-1762 гг.) прошение о переносе Сечи на Никитино, в котором, между прочим, не забыли упомянуть о том, что «торги отправляются с немалым отягощением и убытком». Началась скрытая борьба за контроль над Никитинским перевозом и иностранной торговлей. Она сопровождалась взаимными жалобами и обвинениями, достигнув своего апогея два года спустя.


Елизавета І Петровна
Фото: www.ru.wikipedia.org


В 1760 году к прибывшему на Сечь надворному советнику, представителю организованной из купцов 1-й гильдии «Конторы для торга компаниею в разные европейские государства» Дмитрию Лодыгину были приставлены «подзорщики» (слежка). Кошевой атаман запрещал купцам говорить с ним. По свидетельству самого Дмитрия Лодыгина: «Главное их подозрение обо мне включалось, может быть, и по ложному слуху, не для ли учреждения таможни и присмотрения тайно привезенных товаров я приехал, о чем сам кошевой в обиняках выговаривал».


Разговор Дмитрия Лодыгина с кошевым атаманом
Рисунок Торопа С.О.


Вернувшись, Лодыгин подал рапорт на целых 120 страницах, в котором отметил, что «пристани быть по всей совершенной пристойности». Отразился в рапорте и оказанный ему недружелюбный прием: «По всеобщему желанию купцов, Кошта (казаков - автор) туда не переводить, чего они уже издавна домогаются».


В ответ запорожцы направили жалобу на «своеволие Лодыгина», не забыв напомнить и о своей просьбе о переносе Сечи на Никитино.


В январе 1764 года императрица Екатерина II (1762-1796 гг.) решила удовлетворить их просьбу, но попутно увязала ее со строительством крепости и гавани. Вероятнее всего, к тому времени с казацкой верхушкой удалось договориться и об учреждении таможни. На осуществление строительства выделили внушительную сумму в 177 857 рублей 88 копеек.


Екатерина ІІ
Фото: www.ru.wikipedia.org


Крымский хан, а вслед за ним и турецкий султан, едва прослышав о нем, оказались недовольны. В случае реализации этого проекта все товары, которые прежде следовали через Крым, направлялись бы просто по Днепру, а сам хан терял возможность собирать плату с купцов. От угроз он перешел к решительным действиям. Запорожцы направили императрице жалобу: «Хан Крымский вздумал сперва из Царьграда идущие купеческие суда мимо Очакова в Сечь Запорожскую не пропускать, ныне то свое намерение и самым делом исполнил, ибо отправленные сего года мимо Очакова российские товары арестовал, не отпустил туда».


Писарь Запорожской Сечи
Рисунок Торопа С.О.


Идти на конфликт с крымским ханом, которого всецело поддерживала Османская Порта, ни Екатерина II, ни запорожцы не решились. Попытались пойти дипломатическим путем. Однако султан все равно настаивал, «чтоб строением сей крепости воздержаться», а хан все наглее требовал запретить купцам со своим товаром ездить вниз по Днепру. На их сторону открыто встали Франция, Австрия и Польша, которые подстрекали Турцию объявить Российской империи войну, обещая «при необходимости и помощь нужную оказать...».

Казацкая малокалиберная пушка


Вопрос о переносе Сечи, строительстве крепости и учреждении таможни пришлось отложить на неопределенное время.

Таможня дает добро!


В 1774 году соотношение сил в регионе резко изменилось. Турция все же объявила войну Российской империи. Поводом к ней послужил пограничный инцидент в 1768 году у города Балта, когда небольшой казацкий отряд нарушил границу. В результате этой войны по престижу Османской Порты был нанесен серьезный удар. Она уступила Российской империи земли между Днепром и Бугом, крепости Кинбурн, Керчь, Еникале, Азов, а также признала независимость Крыма.


Ослабленное внутренними противоречиями Крымское ханство (в середине XVIII века насчитывалось около 200 претендентов на престол в Бахчисарае) больше не представляло прежней угрозы. Вскоре, не без помощи войск Суворова, престол занял сторонник европейских порядков Шахин-Гирей. Притихла Польша, Австрия стала искать союза с Россией и даже предложила план совместного похода на Стамбул. Франция продолжала плести интриги и одновременно также пыталась пойти на сближение со страной-победительницей. Как сообщал посол И.С. Барятинский из Парижа: «Невероятно, до какой степени простирается в Париже зависть к нашим успехам».


Александр Суворов
Фото: ru.wikipedia.org


Но главным успехом той военной кампании стало то, что отныне купеческие корабли могли свободно плавать по Черному морю и выходить через проливы в Средиземное, пользоваться привилегиями, аналогичными тем, которые имели английские и французские купцы. Интенсивно налаживались новые торговые связи, строились гавани и порты. Все эти перемены не могли не затронуть Никитин Перевоз, лежавший на перекрестке важнейших торговых путей.


Казак в дозоре
Рисунок Торопа С.О.


В начале 1776 года Сенат издал указ о создании новых таможенных пунктов на южных рубежах. Среди них была и Никитинская таможня, которой отводилось очень важное значение. Она, наряду с Таганрогской и Миргородской, стала одной из главных приграничных таможен. Соответствующим распоряжением Никитинской таможне были подчинены таможни, находившиеся в Кинбурне, Александровской крепости, Богородицком деташементе, целая сеть пунктов досмотра на Черном и Азовском морях. Из документов следует, что таможню разместили «при Никитине через Днепр перевозе в самом того имени селении», т.е. непосредственно на перевозе в селении Никитино.

Казацкие походные пушки XVII-XVIII вв.: полевая, осадная и морская


Согласно указу, с 5 февраля 1776 года она стала официально называться «Пограничною Никитинскою таможнею», а обслуживать ее должен был штат из 75 человек. Численность персонала и расходы на содержание учреждения утвердили 21 мая 1776 года. На выплату жалований таможенникам, канцелярские и прочие расходы выделялось 5 794 рубля в год. Помимо служащих таможни (17 человек), ее штат включал и служащих конной таможенной охраны (58 человек). Работой учреждения руководил директор, жалованье которого составляло 500 рублей в год. Копиисту полагалось жалованье в размере 60 рублей в год, цирюльнику - 30 рублей, «сторожам» (объездчикам) - по 18 рублей в год.


Директора таможни назначал сам Григорий Потемкин, которому была подчинена вся таможенная служба в Новороссийской и Азовской губерниях. Всех остальных служащих, совместно с обер-директором, назначал губернатор, причем среди них не должны были находиться «люди, в лихоимстве и прочих неблаговидных пороках отмеченные». В обязанности обер-директора входило осуществление контроля над соблюдением закона на границах империи.


Григорий Потемкин
Фото: www.hrono.ru


По всей видимости, служащих для работы на таможне отбирали очень тщательно и ответственно. Этим, думаю, можно объяснить тот факт, что к концу 1776 года ее штат оказался укомплектованным лишь на 80%. В 1777 году, судя по сохранившимся документам, на Никитинской таможне несли службу 14 человек, вместо предусмотренных ранее 17-ти.


Приведу их фамилии и занимаемые должности: Свербеев Николай (директор), Камбурлей Иван (цолнер), Переплетчиков Иван (контролер), Грек Лука (пакгаузный инспектор), Попов Михаил (вагштемпельмейстер), Обухов Григорий (экер), Наумов Федор (канцелярист), Высоцкий Емельян (канцелярист), Шуляковский Игнат (копиист), Тахтаев Тимофей (копиист), Катюнин Михаил (смотритель), Расторгуев Михаил (смотритель), Рательников Михаил (смотритель), Такасовский Петр (смотритель).


Служащие Никитинской таможни принадлежали к разным сословиям. Среди них были представители украинского и российского дворянства, купечества, мещанства и запорожского казачества. К моменту зачисления в штат Никитинской таможни двое служащих имели воинские звания и награды. Любопытно, что состав служащих в 1777 году существенно отличался от предусмотренного в 1776-м. Так, вместо предусмотренных в штате трех смотрителей, на таможне служили четыре. Канцеляристов было двое вместо одного.


Служащие Никитинской таможни
Рисунок Торопа С.О.


На мой взгляд, данные изменения были вызваны резким увеличением количества проходивших через таможню товаров, а также документов, которые приходилось оформлять и отправлять для отчетности в Комерцколлегию, а также губернатору и генерал-губернатору. В связи с этим возникла потребность в еще одном смотрителе и канцеляристе. В то же время среди служащих Никитинской таможни в 1777 году не было переводчика, кассира, подканцеляриста и двух сторожей, хотя все эти должности были предусмотрены в штате.


Все же, не думаю, что от услуг переводчика решили отказаться. По всей видимости, его обязанности по совместительству исполнял кто-то из служащих таможни, хорошо владевший иностранными языками. Служащими конной таможенной охраны руководил участник русско-турецкой войны 1768-1774 годов, отставной вахмистр Григорий Аврамов. Судя по сохранившимся документам, в 1776-1777 годах через Никитинскую таможню следовали греческие, ливанские товары, а также товары, которые вывозились из Российской империи по Днепру и Черному морю.


Бой кораблей XVIII в.


Побывавшие в Никитино купцы отмечали, что таможенники действовали «споро и слаженно», не допускали волокиты и проволочек. Они были довольны их работой. До начала 1777 года служащие Никитинской таможни временно пользовались штемпелями таможенных учреждений Белорусской губернии. Вскоре для всех новых таможен на южных рубежах изготовили специальный инвентарь. В его состав входили: железный станок с гербом Российской империи, железная палочка для этого станка, медный и галантерейный штемпели.


Бой корабля Черноморского флота с турецкой эскадрой. XVIII в.



«Тяжелый воздух»


Еще во времена Запорожской Сечи в окрестностях селения Никитино часто вспыхивали эпидемии опасных заболеваний. В документах ХVIII века их нередко именовали «тяжелым воздухом», «горячкой» или «хорожкой». Для предотвращения распространения эпидемий в глубь страны в 1750 году на Никитинской заставе разместили карантин. Каждого, кто прибывал из-за турецкой границы, обязывали провести десять дней в карантинном доме под присмотром врача. Если в течении этого срока не удавалось выявить признаков чумы либо другого заразного заболевания, то прибывшему позволяли продолжить свой путь.



Каждого, кто приезжал из турецкой стороны, направляли в карантин
Рисунок Торопа С.О.


В 1761 году в расположенный на Никитинской заставе карантин из Новосеченского ретраншемента, находившегося в районе современного села Покровское, был назначен врач Христофор Фигнер. В сопроводительном документе, выданном на Сечи, отмечалось: «Запорожские казаки и весь Кош честным его обходительством и искусством многодовольны».


Доктор Новосеченского ретраншемента у жителя селения Никитино. 1761 г.
Рисунок Торопа С.О.


Распространению опасной заразы способствовала и жуткая антисанитария, которая была в Новой Сечи обычным явлением. Так, кошевой атаман Григорий Федорович (Лантух) в отправленном 21 февраля 1755 года императрице Елизавете I письме жаловался на нехватку в Сечи питьевой воды, «отчего приключаются болезненные заразы и смерти безвременные».


Флаги Войска Запорожского. XVII-XVIII вв.


Офицер Василий Абаза, пребывавший в составе своего полка в районе Новой Сечи, указывал на «тесноту и нечистоту города онаго» (Покровская Сечь - Авт.).


Офицер Новосеченского ретраншемента
Рисунок Торопа С.О.


Расширение торговых связей с далекими странами вызвало новую волну эпидемий. Есть все основания предполагать, что знаменитая эпидемия «моровой язвы» (чумы), вспыхнувшая в Москве в 1770-1772 годах, распространилась именно с юга.


Первым на нее обратил внимание сын сотника Черниговского полка Афанасий Шафонский, ставший в 1769 году старшим доктором Московского генерального госпиталя. По его настоянию, в лечебных учреждениях стали разделяться тяжело больные и выздоравливающие люди, что позволило резко снизить число повторных заболеваний.


Новосеченский ретраншемент
Рисунок Торопа С.О.


Накопленный в борьбе с эпидемией опыт Афанасий Шафонский изложил в изданном в 1775 году и получившем большую известность в Европе труде «Описание моровой язвы».


В 1776 году на всех южных таможнях, в том числе и на Никитинской, был установлен карантинный режим.


Имеются сведения о том, что еще до официального учреждения Никитинской таможни в селении Никитино постоянно пребывал доктор, который оказывал врачебную помощь, как служащим переправы, так и местным жителям.


Гарнизон Новосеченского ретраншемента
Рисунок Торопа С.О.


В первоначально утвержденных 21 мая 1776 года штатах служащих должность врача не была предусмотрена. Однако уже в июне того же года, надо полагать, в связи с ужесточением карантинного режима и упорядочением сети созданных на южных берегах таможен, такая должность была введена в штат. Вполне возможно, на данное решение в значительной степени повлияли и сообщения о новых случаях заболевания «опасной заразой» в Новороссийской и Азовской губерниях. Как бы там ни было, с июня 1776 года на Никитинской таможне служил доктор Андрей Боршто. Кроме него, согласно внесенным в штат изменениям, при карантине должны были находиться «подлекарь, цирюльник и копиист». Однако сведений об этих людях, увы, мне обнаружить не удалось. Доктору полагалось весьма солидное по тем временам жалованье (118 рублей), однако и возложенная на него ответственность была немалой. Он должен был не только выявлять признаки опасных заболеваний у всех прибывших в страну из-за границы людей, но и своевременно оказывать больным квалифицированную медицинскую помощь, «дабы тяжелый воздух по империи далее не распространялся».


Стоит отметить, что императрица Екатерина II оказала большое содействие в борьбе с чумой и другими инфекционными заболеваниями в южных губерниях. Полицмейстеры, государственные чиновники, служащие застав и таможен получили распоряжение: в целях пресечения распространения эпидемий использовать все наличные силы и средства. По ее личному указу лечение и содержание в карантинах осуществлялось «от казны», независимо от принадлежности заболевшего к тому или иному сословию. Неимущих и бедняков лечили за государственный счет. Ежегодно на содержание находившегося при Никитинской таможне карантина из государственной казны выделялась 1 000 рублей. Эта сумма включала в себя расходы «на дрова для окуривания и топления печей, на деготь, уксус, курительные порошки, лекарства, на починку самого карантину», а также прочие затраты «в рассуждении степных мест». На пропитание больных и неимущих из казны расходовалось 50 рублей.


Карантин в селении Никитино
Рисунок Торопа С.О.


Отдельно хочется поговорить и о лечении больных, находившихся при карантине Никитинской таможни. Дело в том, что до публикации работы Афанасия Шафонского о причинах возникновения многих эпидемий, как и об эффективных способах борьбы с ними, знали не так уж много. В связи с этим накопленный любым доктором опыт и выработанные им необходимые для успешного лечения меры могли оказаться на вес золота. И хотя к концу XVIII века уже существовали порошки и микстуры, но зачастую нужных медикаментов катастрофически не хватало.
 

Наряду с ними Андрей Боршто и другие врачи нередко применяли настои и отвары, приготовленные из лекарственных растений. В ту пору они в изобилии встречались в Днепровских плавнях и на просторах Великого Луга. Большинство этих растений встречается на Никопольщине и сегодня.


Днепровские плавни


В качестве обезвреживающего средства (для очищения воды от бактерий) использовали кору всех разновидностей ивы (чаще всего ивы козьей и ивы трехтычинковой). При лихорадке из коры этих растений готовили целебный отвар.


Широко использовали и всем известную полынь горькую или настоящую, которая (как дезинфицирующее средство) оказывалась просто незаменимой при холере и других опасных заболеваниях. Помещенных в карантин людей нередко поили полынным чаем, который готовили следующим образом: одну ложку мелко нарезанной травы заваривали, как чай, в двух стаканах кипящей воды, настаивали в течение 20 минут, процеживали и давали пить больным по 1/4 стакана три раза в день.


Выздоравливающих больных поили напитком, приготовленным из полыни и тысячелистника (для поднятия аппетита).


При лечении инфекционных заболеваний также применяли препараты из плодов водяного ореха (чилима), шишек и коры ольхи черной, травы чебреца, цветков ромашки, коровяка высокого, зверобоя и многих других растений.


Водяной орех
Фото: Алена Рудоманова



Плоды водяного ореха
Фото: Алена Рудоманова



Ольха черная
Фото: www.cirrusimage.com



Коровяк высокий
Фото: Schnahacken


Благодаря принятым в портах и таможнях экстренным мерам, эпидемии чумы и прочих опасных заболеваний пошли на спад. В конце XVIII - первой половине XIX века они еще не раз вспыхивали на Никопольщине и в Екатеринославской губернии, но уже не казались столь грозными. Был накоплен и весьма ценный опыт борьбы с ними.

«Послабления купцам»


В XVIII веке вместо хорошо знакомого нам слова «льготы» нередко использовались  термины «послабления» и «облегчения». В чем они выражались купцам, которые следовали со своими товарами через Никитинскую таможню? Для ответа на этот вопрос следует обратиться к специальной инструкции того времени: «На все привозимые к портам Черного моря (к ним в 1776-1779 годах была отнесена и Никитинская таможня - Авт.) турецкие, ливанские, греческие, а отсюда туда вывозимые российские продукты, товары для поощрения к торгу уменьшено пошлины против ныне действующего С.-Петербургского тарифа четвертою долею. С привоза турецких с золотом и серебром материй положено пошлина с весу против тарифа 1757 года двумя третями менее, а равным образом поступлено и с прочими шелковыми материями без золота и серебра».


Российские военные и торговые корабли. Середина XVIII в.


Из документа следует, что пошлины в южных (черноморских) портах стали на 25-75% ниже, чем в северных (балтийских). Безусловно, эти меры способствовали развитию торговли в новых землях и многократному возрастанию объема товаров, перевозимых по Днепру и Черному морю.
 

Многим российским купцам стало гораздо выгоднее вывозить свои товары через южные, чем через балтийские порты.


В 1776 году были сделаны и другие значительные «послабления» купцам, «дабы для мореплавания свои суда заводить могли». Так, с 1777 года купцы из Российской империи, провозившие на Никитинскую таможню товары на собственных кораблях, пользовались особыми льготами.


Купеческий корабль


А ведь еще совсем недавно перевозить свои товары по Днепру и Черному морю было не просто рискованно, но даже опасно. Вспомните, как крымский хан и турецкий султан противились переносу Сечи и учреждению таможни на Никитинской переправе. В жалобе, направленной купцами правительству 3 сентября 1763 года, значилось: «Хан Крымский не только из Царьграда с товарами судов до Сечи не пропускает, но и оттуда до Царьграда и до Очакова провоз товаров вовсе запретил, и отвезенные товары в Очакове и Кинбурне при берегах сбросить велел, не допуская взять оные на суда для отвоза в Царьград, которые, будучи сброшены и без покрышки при берегах лежа, от бывших дождей вовсе пропали к крайнему убытку и разорению торгующих купцов, а к большему еще их изнурению новые ныне в Крыму немалые собираются пошлины и другие необыкновенные расходы вымогаются, что, видя, купцы принуждены совсем коммерцию свою свернуть».


После ознакомления с этой жалобой становится понятно, почему купцы прежде неохотно решались перевозить свои товары вниз по Днепру.


Никитинская переправа была для крымского хана словно кость в горле, а сообщения об учреждении на ней таможни и подавно доводили его до приступов бешенства.


Корвет


Еще бы, ведь он имел свои планы, о которых сообщал в донесениях консул Никифоров. Крымский хан добивался, чтобы купцы с товарами следовали не по Днепру, а через Перекопскую башню, где с них взимались немалые пошлины. Далее им разрешалось следовать в Турцию, однако на обратном пути дозволялось везти товары только до Очакова, где они перегружались на местные лодки и «теми лодками к сторонам запорожским перевозились бы; а в обратном их пути из Запорожья на те лодки паки товаров не нагружать, но порожние возвращались бы». Реализация этого плана принесла бы хану невиданную прибыль и пустила бы по миру многих купцов, доведя их до полного разорения.


После войны 1768-1774 годов, в которой Турция потерпела сокрушительное поражение, план хана рухнул, расшатав трон бахчисарайского владыки. Все больше купцов и торговых судов следовали вниз по Днепру, а не через Перекопскую башню. Собирать там пошлину и другие кабальные «необыкновенные расходы» вскоре вообще стало не с кого!


Бой российского и турецкого кораблей в Черном море. XVIII в.


Введение правительством Российской империи низких пошлин в южных губерниях и прочие «послабления» купцам, развернувшееся интенсивное строительство новых удобных портов и гаваней, учреждение по Нижнему Днепру и побережью Черного моря целой сети таможен, среди которых была и Никитинская, окончательно добило экономику Крымского ханства, как и остатки влиянии на него Османской Порты. Хан Девлет-Гирей (сторонник Турции) был свергнут с престола и отплыл и Стамбул. Османская Порта была вынуждена вновь подтвердить условия Кючук-Кайнарджийского мира и обязалась «более купцам в Черном и Белом (Мраморном - Авт.) морях препятствий никаких не чинить...».


Бриг


Надо сказать, в те годы были сделаны решительные шаги, направленные на развитие купечества и всестороннюю поддержку народной инициативы и предприимчивости. Купцы получили от Екатерины II жалованную грамоту, которая сильно возвысила их положение. Согласно этой грамоте, они были разделены на три гильдии. К первой гильдии были отнесены купцы, владевшие капиталом не менее 10 000 рублей. Они получали право оптовой торговли, как на территории Российской империи, так и за границей, а также право строить фабрики и заводы. Ко второй гильдии принадлежали купцы с капиталом от 5 000 до 10 000 рублей. Они получали право оптовой и розничной торговли во всех губерниях Российской империи (в южных для них были предусмотрены дополнительные привилегии). Третью гильдию составляли купцы с капиталом от 1 000 до 5 000 рублей. Данная категория имела право только на розничную торговлю.


Купцы всех гильдий «высочайшим повелением» были освобождены от подушной подати (вместо нее они платили 1% с объявленного капитала), а также от личной рекрутской повинности.


Бригантина


Более того, купцам первой гильдии, пожелавшим открыть свои заводы и фабрики в Новороссийской и Азовской губерниях, была обещана поддержка на государственном уровне. Если при Петре I, Анне Иоанновне, Елизавете I существовали значительные ограничения и стеснялась свобода торговли, то при Екатерине II была ликвидирована необходимость получения «разрешительных указов на открытие нового предприятия, и устройство всякого рода промышленных заведений объявлено совершенно свободным для всех».


Императрица отменила все ограничения, объявив, что теперь «всем подданным нашим к заведениям станов и рукоделий столь беспредельная от нас дана свобода, что не стесняются они уже ни частым на то испрошением дозволения, ни надзиранием за делом рук их, где собственная каждого польза есть лучшее и надежнейшее поощрение».


Купцы на Никитинской таможне
Рисунок Торопа С.О.


Следующим очень важным шагом, способствующим развитию торговли и промышленности, стало объявление об уничтожении монополий («за вредни») и введение полной свободы торговли («всякому торгу быть надлежит»).


Купцы просто не могли не ощутить этих позитивных изменений - торговля и промышленность в южных губерниях развивалась особенно быстро. Некоторые исследователи не без основания полагают, что данные процессы с полным правом можно назвать самой настоящей промышленной революцией.


Один из купцов, посетивший в 1777 году Никитинскую таможню, не без радости отмечал: «В среду же со своим товаром без задержек и опасностей, кои в прежние годы не раз имели место, многия убытки и досады причиняя, благополучно прибыл по Днепру в Никитино. Обхождением и вниманием, оказанными мне сей командою при Никитине (имеются в виду служащие Никитинской таможни - Авт.), весьма многодоволен остался. Суда, полные товарами турецкими, армянскими, греческими и прочими, видеть доводилось, с тканями узорными разными, во множестве всяких фруктов и рыбы».


Служащий Никитинской таможни с иностранным купцом
Рисунок Торопа С.О.


В специальной инструкции, поступившей на все южные порты и таможни в 1778 году, служащим указывалось, что «с купцами предельно любезными быть надлежит». Не допускались всевозможные незаконные поборы, а сотрудников, лишь заподозренных в совершении подобных деяний, с позором изгоняли со службы. Как свидетельствуют документы второй половины 70-х годов XVIII века, отечественные и зарубежные купцы были удовлетворены слаженной работой сотрудников всех учрежденных по Днепру и побережью Черного моря таможен. Серьезных жалоб на таможенников не поступало...


Досмотр иностранных товаров на Никитинской таможне
Рисунок Торопа С.О.


Переезд в Херсон


Ежегодно Никитинская таможня сдавала губернатору и генерал-губернатору отчеты о своей работе. Перечень и форму всех необходимых документов составлял и утверждал обер-директор, непосредственно руководивший работой всех находившихся в губернии таможен. В подготовленных для отчета документах необходимо было указывать сведения о сборах пошлины, полученной прибыли и расходах, движении, количестве и видах товаров и т.д. Существовал также особый перечень отчетной документации, которая отправлялась в Санкт-Петербург и предназначалась для Коммерц-коллегии. Этот орган был учрежден еще Петром І в 1718 году и ведал всеми торговыми делами страны.


Присланным с Никитинской таможни документам уделялось большое значение, ведь она, напомню, наряду с Таганрогской и Миргородской, принадлежала к числу главных южных приграничных таможен. На основании полученных документов Коммерц-коллегия составляла общеимперские статистические ведомости о товарообороте, сборах пошлин и налогов. Последним годом, за который Никитинская таможня отправляла отчетную документацию в Коммерц-коллегию, был 1778 год. Изучение этих документов дает очень ценные сведения о работе таможенных учреждений и развитии торговли во второй половине 70-х годов XVIII века. Судя по ним, прибыль, получаемая Никитинской таможней, была очень большой. Так, только за последние 8 месяцев 1776 года она составляла 28 226 рублей, что в 9 раз (!) превышало доходы Керченской таможенной заставы, в 7 раз - Еникальской и Петровской таможен, в 2,4 раза - таможни, находившейся в Александровской крепости (в районе современного города Запорожье).



Составление отчета в Санкт-Петербург
Рисунок Торопа С.О.


В 1779 году во всех новых землях полным ходом развернулось интенсивное строительство портов и крепостей, новых селений и целых городов. Еще совсем недавно малолюдный, а местами практически ненаселенный край, изменился до неузнаваемости. Вывоз товаров через причерноморские порты давал сумму, о которой лет пять назад невозможно было даже мечтать - почти 500 000 рублей!


Почти 50% в этом импорте составляла доля пшеницы. Вплоть до 1774 года крестьяне в южных губерниях сеяли ее «столько, сколько кому по его семейству на пропитание до новой жатвы стать может».


В документах XVIII века несложно найти объяснение данного явления: «Никакой иной причины им не предвидится, кроме того, что они не имеют способа, куда оный с прибылью отпускать, потому что в близости сих стран никакого порта нет».


В районе этой местности находились Никитинская таможня и селение Никитино.
Старая часть г. Никополя. 2009 г.
Фото: Алена Рудоманова


После войны 1768-1774 годов ситуация в корне изменилась - купеческие суда могли теперь свободно плавать по Нижнему Днепру и Черному морю, полным ходом строились и порты. Теперь крестьянам стало уже недостаточно сеять хлеб только для собственных потребностей, ибо уже появилась возможность «оный с прибылью отпускать».


Позиции Османской Порты в регионе продолжали ослабевать, а от раздираемого внутренними противоречиями и некогда грозного Крымского ханства осталась лишь бледная тень. Смещение границ на юг закономерно привело к переносу на новые рубежи застав и таможен.


В 1779 году Никитинская таможня была переведена в Херсон и получила статус портовой таможни. Судьба ее служащих сложилась по-разному. Одни из них (доктор Андрей Боршто) остались в Славянске-Никополе, другие продолжили службу на новом месте. Так, копиист Федор Наумов стал пакгаузным инспектором. Некоторые из бывших служащих Никитинской таможни приняли участие в новой русско-турецкой войне 1787-1791 годов.


Штурм российскими войсками турецкой крепости Измаил. 1790 г.


Даже переведенная в Херсон таможня еще длительное время продолжала называться Никитинской. Она стала ее приемницей! Несмотря на короткий период своего существования (1776-1779 гг.), Никитинская таможня оставила довольно яркий след в истории нашего края. Благодаря полученным доходам удалось выделить дополнительные средства для строительства новых портов и крепостей (того же Херсона), проведения военной реформы, без которой были бы немыслимы блестящие победы, одержанные под стенами Очакова и Измаила. Неоценимым оказался и накопленный опыт борьбы с опасными эпидемиями на южных рубежах. Был дан новый толчок развитию Славянска-Никополя.


Никополь в XIX в.


Даже после переезда таможни в Херсон он отнюдь не потерял статуса крупнейшего торгового и транзитного центра, чему способствовало его выгодное географическое положение. И лично мне кажется, что на современном этапе мы еще не научились использовать его сполна...


Памятник Богдану Хмельницкому в Старой части г. Никополя. 2009 г.
Фото: Алена Рудоманова


Перевод в электронный вид: Бутенко О.П.


На нашем сайте Вы можете узнать больше об истории Никопольщины:

В случае использования материалов этого сайта активная ссылка на сайт обязательна

Останнє оновлення на Вівторок, 27 лютого 2018, 17:40
 
, Powered by Joomla! and designed by SiteGround web hosting